• Информация
добавить на Яндекс

Шапошников В. И. "КРАСНОСЕЛЬСКИЕ ЮВЕЛИРЫ"

(адреса ювелирных предприятий, много полезного для туристов)

Шапошников В. И. "КРАСНОСЕЛЬСКИЕ ЮВЕЛИРЫ"

Сообщение Рыбак_и_охотник »

CЕРЕБРЯНЫХ ДЕЛ РЕМЕСЛО, СЕРЕБРЯНЫХ ДЕЛ ИСКУССТВО

Верхняя Волга - начало русского Севера. Здешний край даровит и самобытен. Здесь, на севере, всегда была благодатная почва для всякого "ручного" искусства. И по сей день это искусство живет как фольклор, ежедневно творимый умом и руками искусников да умельцев.
Стародавний край промыслов...
Память веков заносит нас в самые далекие и темные дали его судьбы. И всюду там светят душе чародейские огни промыслов.
То золотыми высверками оживут эти огни на корабельном узорчатом боку братины, то отполыхнут молнией на дорогом оружии, а то и целым солнцем заплывут в твой день какой-нибудь жаром пышущей хохломской посудиной...
Еще в силах представить мы и самих чародеев, служителей меры и красоты, колдовавших над златом, медью и сталью, над теплым обрубком липы, над гранью хрустальной. И кажется: с годами все пристальнее наше внимание к их искусству, все глубже и объемнее наш взгляд, все слышнее нам зовы этого рубленого и сказочного края, края, где режут по дереву, вышивают, гранят хрусталь, пишут иконы, чеканят...
Здесь и поныне витает могучий и светлый дух дедов - "каменосечцев и древоделей", златокузнецов, столбовых скобарей, развеселых игрушечников, выдумщиков, кем создавалась и в самые беспросветные лихолетья "радость для души и для глаз утеха".
Сложен и неровен путь бытовавших здесь промыслов из глубины столетий к нашему дню. Иные не дошли, не дотекли вовсе. Обмелели, оскудели в пути на ветрах времени. Многие из дошедших претерпели немалые изменения, почти перестав быть самими собой.
Но, пожалуй, особенно интересна, в смысле многих перепадов и перипетий, судьба серебряного промысла, испокон осевшего ниже Костромы, по берегам Волжской излучины в селе Красном и его окрестностях. Необычную судьбу имеет Красносельский ювелирный промысел. Развитие его протекало по руслу запутанному и ложному, может быть, большую часть своего пути промысел шел путем утрат, тогда как иные, равные ему по известности, шли, обретая себя, шли, умея сохранить свое лицо.
Дело тут в выборе самого пути. Красносельский кустарь менее всего был "свободным художником". Художественное начало на протяжении добрых полутора столетий вообще не имело на красносельской земле почвы для себя. Не имело потому, что эти дорево- люционные полтора столетия для красносельского промысла - годы последовательного разрушения художественных традиций до почти полного исчезновения их. Красносельский ювелирный промысел во второй половине XIX века уже совсем не художник. Ремесленник. Рынок диктовал ему свои условия, а промысел спешил не отстать от них. Говорить об индивидуальной манере отдельных мастеров к этому времени уже не было возможным.
Если, к примеру, для профессионального кустаря - мастера Палеха или Хохломы, Великого Устюга или Федоскина - законы художественной традиции, законы народного искусства были азбукой жизни, то для красносельского кустаря эти законы были подменены со временем законами рынка, законами купли-продажи.
Кстати, законы эти пришли в Красное не случайно. Возможность такой подмены заложена была в самом характере красносельского промысла.
Промысел был, точнее казался доступным, "не хитрым, не мудреным" для всякого, кто имел руки. Серебряное ремесло здесь, на бедных северных землях, было почти спасением для многих и многих, и не "второй тягой" здешней деревни, а наипервейшей. Об этом явлении пишет В. И. Ленин в своей работе "Развитие капитализма в России":
"Село Красное Костромской губернии и уезда - одно из тех промышленных сел, которые являются обыкновенно центрами нашей "народной" капиталистической мануфактуры".
"Промышленное село..." Не центр художественного промысла, а центр "народной" "капиталистической мануфактуры"! Вот правда о Красном конца XIX и начала ХХ столетий.
У промысла уже в ту пору не художественно-промысловый, а индустриальный размах.
По широте распространения своих изделий красносельский серебряный промысел мог бы поспорить с любым промыслом России. Трудно было отыскать уже тогда в европейской или азиатской части страны село, деревушку, где бы женщины не носили красносельских дешевых серег-калачей, колечек-супиров. А уж о нательных крестах и образках и говорить не приходится.
Красносельский ювелирный промысел - это "работа на народ, на весь мир". В этом давняя тенденция его, его направление.
Костромские купцы Морозовы, Шпажниковы, Пушиловы, Павел Кондырев торговали красносельскими изделиями в городах Сибири. Пушиловы торговали еще в Москве, Сорокин имел торговлю в Петербурге, Чувиляевы - на Украине, Шпажниковы - сразу в нескольких городах: в Москве, Курске и Харькове.
На любой из ярмарок, где бы их ни устраивали, можно было встретить красносельские изделия: дешевые ювелирные украшения - серьги, браслеты, медальоны, броши, цепи, серебряные предметы - от солонок до подстаканников, небольшие штампованные образки, крестики-тельники.
Все крупные монастыри имели связь с красносельским промыслом, давали заказы на изготовление образков с изображением местно чтимых святых для продажи в Киеве, Троице-Сергиевой лавре, в Чернигове и прочих местах. Одним словом: география распространения красносельских изделий была довольно широкой.
Правда, если забежать вперед и посмотреть, как выглядит эта "география" сегодня, то можно увидеть, что Красное уже не всероссийский, а всемирный поставщик. Но об этом далее. А пока о том, как та великая широта вела промысел к сужению его творческих возможностей, к потере его творческого лица, к торжеству ремесленного начала над художественным.
Пассажир, плывший по Волге в самых первых roдах нашего века на одном из речных пароходов санкт- петербургской компании "Надежда", при подходе к селу Красному мог прочитать в путеводителе, выпущенном этой компанией, следующее:
"Село Красное (Яковлевское) славится кустарным производством мелких изделий (крестиков, колец, серег и т. д.) из серебра, золота и разных сплавов. Этот промысел развит и в других ближайших селениях, особенно в селе Сидоровском".
И далее: - "Дешевизна изделий из сплавов поразительная: бронзовые серьги можно купить за 2 - 3 копейки".
"Дешевизна..." Вот какое представление увозил на память о здешнем промысле пассажир компании "Надежда".
Ну что ж, компания смотрела в точку, как говорится. Она не лгала своему пассажиру даже из желания сделать его водное путешествие богаче одной сказкой, одним вымыслом о чудесных превращениях серебряного слитка в руках тамошних умельцев.
Сказки все равно бы не получилось, хоть и промысел, действительно, серебряный и село само вон с каким ярким названием - Красное!..
А промысел вовсе не сказками жил. Жил он нервно, тяжело и даже жестоко, хотя и небывало широко. Годовой вес изготовленных изделий доходил до двух тысяч пудов! И вес этот составляли в основном 3 - 5- граммовые изделия. Промысел рос вширь, но это была широта дешевизны, широта падения, а не взлета. Несмотря на кажущееся расширение, промысел вымирал. Вымирал, разрастаясь...
Не случайно Н. Н. Корбицкому, автору книги "Кустарный промысел ювелирных изделий в Костромской губернии и его развитие", изданной в 1913 году, приходит мысль: "Ему, как кустарному промыслу, при имеющихся условиях рынка и производств, все возможно, что скоро не будет места. Изменить же свою организацию он не в состоянии, так как никогда не может перейти в фабрику и закончить цикл своего развития".
Человек, знающий о судьбе этого промысла, сегодня наверняка улыбнется, встретив такое соображение. Но ведь то - сегодня!.. Сегодня многое видится другими глазами. Тем интереснее заглянуть в судьбу красносельского промысла глубже, проследить течение ее от истоков. Нам предстоит совершить с промыслом его путь. Путь от искусства к ремеслу и от ремесла к искусству. Серебряных дел ремесло, серебряных дел искусство - вот переменчивые берега этой реки с довольно известным в России названием Красносельский ювелирный промысел.
Реки ищут новые берега и, обретая их, оставляют в стороне старицы. Обычно это красивые и тревожные места, где и сама неподвижность, и тишина словно бы хранят память о былом течении, о жизни безвозвратно ушедшей и нынче почти забытой.
Но чем-то манят нас эти места... Чем-то они нас тревожат!
Может, тем, что, глядя на эти старицы, видишь вдруг, каких мук стоили реке поиски сегодняшней ее дороги. Посетим и мы несколько таких стариц.

К ИСТОКАМ

В возникновении серебряного дела на красносельщине немало живет преданий и догадок. Однако корни промысла уходят го раздо глубже, чем представляется и самым старейшим жителям села Красное. Не на всю глубину может увидеть их и дотошный исследователь. Вещевые и документальные материалы красносельской старины сохранил для нас почти только XVIII век. Но уже то, насколько богат он именами мастеров, связанных происхождением с красносельской землей, позволяет догадываться, что все здесь гораздо глубже и стародавней.
Сама история может подтвердить эту догадку. Край этот связан с именами бояр Романовых, Годунова Бориса, графа Орлова. Села Сидоровское и Красное - дворцовые села, села-вотчины. Вокруг них и ведется давний неразрешимый спор: в красносельских или сидоровских домах засветился, заиграл впервые тот первый слабый лучик серебряного ремесла, которое на века покорило здешний край - добрую сотню сел и деревень.
Те красноселы, которым ныне было бы по сто пятьдесят лет, рассказали бы, что они помнят время, когда в Красном было всего три мастера по серебряному делу, что в Красном и началось оно.
Но предания с противоположного берега Волги, с правого, где раскинулось село Сидоровское, поспорят, что именно там впервые повелось оно. И припомнят сидоровские жители случай, что владелец села граф Орлов отправил крестьянского мальчика Яшу Осинина в Москву для изучения ювелирного ремесла и как потом уже Осинин основал в Сидоровском ювелирную мастерскую. Вот эта, мол, мастерская и есть начало серебряного дела.
Может быть, в этом есть доля истины, но не главной, не основной.
И вот уже ловит слух иную легенду, рожденную на противоположном берегу...
От покорения Пскова и Новгорода началось все. Разгромленная новгородская вольница, бежав, селилась по берегам Волги, в лесах. Какая-то часть ее обосновалась в Дубовой гриве, остатки которой еще и ныне можно видеть под Красным.
Вот с того времени и началось, пустило корни на красносельщине серебряное производство. Но сначала было оно медным.
Именно в ту пору в Вологде и в Великом Устюге делают золотые и серебряные вещицы с рисунками чернью другие мастера, бежавшие из Новгорода и Пскова.
К сказанному добавят досужие люди, что немало тут связано и с бывшим в этих местах иным "промыслом" - с изготовлением звонкой фальшивой монеты...
Много-много легенд и преданий позади у промысла. В любом из них - доля истины.
Но обратимся к спискам мастеров, работавших в Серебряной палате Москвы в XVII веке. В последней четверти этого века в числе мастеров был золотарь Михаил Савельев из села Красное.
В первые годы XVIII века упоминаются имена мастеров-серебряников из Красного и Сидоровского, бравших в Оружейной палате пробы и "позволительные письма". Это - Чутков Алексей, серебряного дела мастеровой, человек из села Красное, Иванов Федор - крестьянин дворцового села Красное, Исаев Андрей из того же села посадский человек . Упоминаются там Конопляночкин Федор, Ханыкин Федор, Сысоев Мирон, Бабушкин Осип, Васильев Степан...
Это далеко не полный перечень имен. Но и он дает основание думать, что задолго до упомянутых здесь лет серебряное производство существовало в селе Красном.


Тема поднималась пользователем Рыбак_и_охотник 02 дек 2014, 22:20.

Показать ссылки

Аватара пользователя
Администратор
Администратор
 
Автор темы
Сообщения: 2061
Зарегистрирован: 05 фев 2012, 09:55
Откуда: п. Красное-на-Волге
Благодарил (а): 301 раз.
Поблагодарили: 68 раз.
Тегишапошников,книга,ювелиры,красное-на-волге,история

Информация


Поделитесь статьёй или подпишитесь на обновления:


Вернуться в Информация для гостей посёлка

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

  • Информация